«Аудитор попадает под особый надзор со стороны не только своих коллег, но и государства»

В этом году Росфиннадзор начал проводить активные проверки аудиторских компаний. О полномочиях, которые даны ведомству, об ответственности аудиторов, проблемах СРО директор департамента регулирования государственного финансового контроля, аудиторской деятельности, бухгалтерского учета и отчетности Минфина ЛЕОНИД ШНЕЙДМАН рассказал спецкорреспонденту РБКdaily МАРИНЕ МАКСИМОВОЙ.

— Сейчас аудиторов раз в два года проверяют СРО, и теперь раз в три года будет проверять Росфиннадзор. То есть аудиторы будут постоянно находиться в режиме проверок. Не усилит ли это давление на их работу?

— Вы правы, усилит. Однако давайте разберемся, о чем идет речь. Во-первых, под особый контроль попадают не все аудиторы, а только те, кто обслуживает общественно значимых клиентов — банки, страховые организации, негосударственные пенсионные фонды, организации с государственным участием, имеющие особое значение для экономики страны. Таких аудиторов не так уж и много — порядка 10% общего числа аудиторов и аудиторских организаций. Во-вторых, представьте, что у вас есть акции. Вы, будучи квалифицированным инвестором, заинтересованы в том, чтобы аудитора, проверяющего отчетность эмитента, на основании которой вы будете принимать решение продавать акции, держать их или еще что-то делать с ними, контролировали, наблюдали за тем, насколько он добросовестно выполняет свои функции? Думаю, что да. Я был бы заинтересован в том, чтобы работа аудитора вообще контролировалась так же, как работа банка, страховой организации, участника рынка ценных бумаг. Ибо для акционера, инвестора, широкой общественности аудитор — то единственное лицо, благодаря которому имеется уверенность в правдивости финансовой информации об организации. Наконец, в-третьих, принимая решение об обслуживании общественно значимого клиента, наверняка аудитор понимает все последствия данного шага, а именно, что он попадает под особый надзор со стороны не только своих коллег, но и государства.

— В июне Минфин прекратил деятельность «Гильдии аудиторов региональных институтов профессиональных бухгалтеров». Это связано с усилением контроля за деятельностью СРО?

— Нет. Контроль за СРО осуществляется Минфином систематически. Все СРО были проверены перед включением их в государственный реестр. Начиная с прошлого года проводятся плановые проверки СРО — в 2011 году проверили две организации. В этом году проверена одна организация в плановом порядке и одна внепланово, до конца года будет проверена как минимум еще одна организация. По каждой проверке выносится соответствующее решение.

— На ваш взгляд, насколько модель саморегулирования аудиторского рынка оправдала себя и не было ли это решение преждевременным?

— Саморегулирование в аудиторской деятельности началось практически с момента появления института аудита в стране. Не было и нет ни одного мало-мальски серьезного решения, которое бы принималось без участия аудиторского сообщества. Ранее существовали соответствующие институты, прообразы СРО, которые назывались в старом законе профессиональными аудиторскими объединениями. При Минфине действовал совет по аудиторской деятельности. Многие эксперты отмечали, что опыт саморегулирования в наиболее яркой форме существовал как раз в аудиторской профессии. В последние годы модель саморегулирования несколько изменилась. Одним из центральных элементов этой модели стали независимые от профессии регулирование и надзор за развитием этой профессии в интересах всего общества. Для оценки модели саморегулирования и институтов регулирования аудиторской деятельности необходимо, чтобы они заработали в полную силу. Пока мы все еще находимся на этапе отладки системы. Сегодня рано говорить о том, что система устоялась — двух лет недостаточно.

— Достаточно ли сейчас для рынка пяти СРО? Не ведутся ли разговоры о создании новых?

— Нет, я не слышал об этом. Если какая-то некоммерческая организация решит получить статус СРО, она должна будет прийти в Минфин для того, чтобы ее включили в госреестр СРО. Аудиторская профессия сама определит, сколько СРО необходимо.

— Как вы считаете, насколько актуальна проблема комфортных аудиторов, которую Банк России обозначил в прошлом году?

— Прежде всего я совершенно не согласен с самим термином. Каждый конкретный случай отзыва лицензии у банка нужно рассматривать отдельно и выяснять, а вообще была ли какая-то вина аудитора в связи с данным фактом. Я думаю, что разговоры насчет аудиторов, которые выдавали аудиторское заключение, а через какое-то время у банка отозвали лицензию, в большинстве случаев непрофессиональны и не идут на пользу развитию и российской аудиторской профессии, и банковскому сектору. При этом я отдаю себе отчет, что проблема качества аудита существует.

— Подведомственный Минфину Росфиннадзор начал активные проверки аудиторов в этом году. Есть ли какие-то промежуточные результаты?

— Первую отчетность Росфиннадзора по данному виду контрольной деятельности мы получим в начале следующего года. Я знаю, что по ряду проверок Росфиннадзором уже приняты меры к проверенным аудиторским организациям: направлены предписания, предупреждения, обязательные указания СРО о приостановлении членства и даже об исключении из реестра. Думаю, сам факт начала исполнения Росфиннадзором этой функции оказывает дисциплинирующее воздействие на аудиторскую профессию.

— Всех очень интересует, по какому принципу формировался список проверяемых Росфиннадзором аудиторов и почему в нем не оказалось большой четверки?

— Минфин не формирует этот список. План составляет сам Росфиннадзор. Затем этот план согласовывается с Генпрокуратурой. Полномочия Минфина в данном вопросе ограничиваются лишь установлением правил проведения проверок.

— Некоторые аудиторские компании, так называемые черные аудиторы, вышли из составов СРО, не дожидаясь проверок Росфиннадзора, Вам известно о таких случаях?

— У меня такой информации нет.

— Росфиннадзору будут даны дополнительные полномочия?

— Законом уже предусмотрено, какие меры Росфиннадзор может принять. Он сам не может прекратить деятельность аудиторской организации, но он дает обязательные к исполнению предписания СРО о том, чтобы исключить такую организацию из реестра. Причем СРО не может не выполнить это предписание.

— А как насчет того, чтобы ввести персональную ответственность банковских аудиторов за подписание заведомо ложных заключений?

— Ответственность аудитора является частью системы ответственности за достоверность бухгалтерской финансовой отчетности. У нас практически не развит такой вид ответственности. Те штрафы, которые сегодня существуют, просто смешны. И, конечно же, нельзя возлагать всю ответственность за достоверность отчетности на аудитора. Он лишь высказывает мнение о достоверности отчетности. Поэтому сначала нужно установить реальную ответственность тех, кто составляет бухгалтерскую отчетность.

— Высказывались мысли, что переход аудиторов на единый аттестат может в перспективе снизить качество профессии? Как вы к этому относитесь?

— Я не согласен с этим. Да и международная практика не подтверждает эту мысль. Другое дело, что должна быть специализация аудиторов. На последнем заседании рабочего органа совета по аудиторской деятельности в июне было решено разработать систему курсов повышения квалификации аудиторов по отдельным видам экономической деятельности. К сентябрю должен быть подготовлен специальный курс для аудиторов банковской сферы.

— Предполагается ли подобный курс углубления знаний ввести и в отношении других профучастников?

— Обсуждались планы разработки спецкурсов и по другим отраслям, например страховому аудиту.

— Есть ли мысли ввести обязательное лицензирование банковских аудиторов?

— У нас таких планов нет.

— Аудиторы очень болезненно восприняли предложение внести поправки в закон об информировании надзора о фактах фальсификации отчетности. Они обеспокоены тем, что им придется попросту стучать на своих клиентов. Эта инициатива со стороны Банка России была спущена?

— Этот законопроект разработан в соответствии со стратегией банковского развития, которая была принята правительством и ЦБ. Смысл законопроекта прост. У вас есть счет в банке? Есть. Вы заинтересованы в том, чтобы, если возникают какие-то проблемы у вашего банка, как можно раньше были приняты меры по разрешению этих проблем?

— Безусловно.

— Вот, на это и нацелен законопроект. Он создает основу информационного обмена, взаимодействия надзорного органа и независимого аудитора. И тот и другой осуществляют контроль за деятельностью банков. В обоих случаях это контроль в интересах третьих лиц — нас с вами. Однако каждый контролер действует в своей области и своими методами.

— Вы сейчас рассматриваете идеальную ситуацию, но ведь могут быть факты манипулирования информацией…

— Могут. Вы можете придумать идеальную систему, в которой не будет никаких нарушений? Если вы знаете, как улучшить законопроект, как установить барьеры недобросовестному использованию информации, мы готовы обсуждать ваши предложения.

Похожие публикации

Отзывов нет на ««Аудитор попадает под особый надзор со стороны не только своих коллег, но и государства»»

Ваш отзыв:

Имя (обязательно):
Почта (обязательно, не публикуется):
Сайт:
Сообщение (обязательно):